Бестужев покачал головою, а затем ответил:
– Да ведь это я для него говорил; ведь если он за деньги рассказывает мне, что делается у Шетарди, то никто не может поручиться, что он за те же деньги не продаст меня в свою очередь и не станет рассказывать обо мне. Конечно, я не должен был показать ему вида, что придаю значение его рассказу, ну, а вам я скажу другое: надо действовать.
Князь Иван вздохнул свободнее.
– И чем скорее, тем лучше, – проговорил он. – Время терять нельзя.
Бестужев стал ходить по кабинету, что служило у него признаком некоторого волнения.
– Как вы думаете, кто этот человек, который решился поехать в Ригу? – спросил вице-канцлер.
«Мало ли кто!» – хотел ответить Косой, но тут же одумался, вспомнив, что с таким поручением, пожалуй, действительно мало кто согласится поехать.
– Человек, которому терять нечего и который может быть сам заинтересован в этом деле, – начал соображать он вслух, припоминая слова француза. – Уж не Ополчинин ли?
– По всей вероятности, он, – подтвердил Бестужев, – недаром он давно привык служить Лестоку, но дело не в этом. Нужно принять меры против самой цели его поездки… Положим, что уже половина беды миновала – хорошо, что мы предупреждены…
– В крайнем случае – можно прямо сказать государыне… – начал было Косой.