– Но как же я была там и даже не подозревала об этом?
«Так и есть! – радостно подумал Елчанинов. – Она не может иметь ничего общего с иезуитами!»
– Они приходили, – пояснил он, – через калитку и через сад, с другого хода, и собирались в столовой.
– Правда, я сидела все время у постели больного и не выходила из его комнаты. Именно меня просили остаться при нем, потому что, как мне сказали, Станислав был занят в этот вечер.
– Но вы слышали шум на улице?
– Слышала, кажется... да, теперь припоминаю... слышала! Входная дверь хлопала, потом все стихло, и в доме не было слышно никакого движения. Когда я приехала на другой день, то не нашла уже Станислава у маркиза; мне сказали, что он уволен, потому что сам отказался, найдя для себя ухаживание за больным не по силам.
– Кто же сказал вам это?
– Патер, который тоже ухаживает за маркизом и, можно сказать, воскресил его.
– Грубер?
– Вы и его знаете?