– К лучшему?
– Если хотите, да, к лучшему.
– То-то ваш карлик Максим Ионыч такой сияющий сегодня.
– Да, он очень рад. Он предан мне всей душой.
«Он ли один?» – внутренне усмехнулся Елчанинов.
– Чего вы улыбаетесь? – спросила Вера.
– Ничего... так... не знаю... Так какая же радостная перемена была сегодня для вас? Или, может быть, нескромно с моей стороны спрашивать?
– Нет, отчего же! Я вам скажу.
– Дело, вероятно, идет о маркизе, о его здоровье. Вы сказали мне при нашей встрече в доме у него, что он пришел в сознание. Ему лучше?
– Да, лучше, – подтвердила Вера, – он теперь уже вне всякой опасности, и это меня очень успокоило. Но в его выздоровлении я не сомневалась; по ходу болезни я ждала этого, и то, что он почувствовал себя лучше, не явилось для меня новостью. Нет, сегодня я получила известие, которое сильно изменило мою жизнь.