— Тот самый, который теперь болен оспой?
— Да, именно, — подтвердил Иоганн. — Но надо проверить, так ли это в действительности.
— Как же это проверить?
— Пройти к нему и посмотреть на него.
— Но кто пойдет к оспенному?
— Я! — сказал Иоганн, и герцог остановил на нем долгий взгляд, в котором были видны и удивление, и как будто даже умиление: ведь идти к оспенному больному значило рисковать жизнью, а Иоганн шел на это ради преданности делу.
Бирон приблизился к картавому немцу, протянул руку и сказал:
— Благодарю.
Иоганн был тронут и благодарностью герцога, и, главным образом, собственною своею добродетелью, которая вызвала даже слезы у него на глаза.
— Да, я пойду, — сказал он, — чтобы проверить, действительно ли болен этот человек; кроме того, надо еще проверить, действительно ли Эрминия отправилась, или, вернее, отправлена в Гродно.