— Иван Иванович! Пусти меня к ней!
— К кому тебя пустить?.. Зачем? — словно разбуженный спросил, наконец, Соболев.
— Скажи, где она?.. Я сам к ней пойду! — проговорил Ахметка. — У меня есть лекарство!.. Я вылечу ее…
При слове «лекарство» Соболев как бы снова вернулся к жизни и обратился к Груньке:
— Ведь доктор был?
— Был и сказал, что надежды нет!
— Ничего ваши доктора не знают!.. Пустите меня… у меня для нее есть лекарство, — снова заговорил Ахметка.
— Да тебе-то что?.. Ты чего тут беспокоишься? — спросила Грунька у Ахметки.
Тот, прижав оба кулака к груди и вращая глазами, вдруг проговорил:
— Пойми, девушка, это — моя сестра!.. Я для нее живу, чтобы ее беречь.