— Вполне! Когда все это происходило, мне было семь лет и все переговоры шли при мне. Думали, что я ничего не понимаю, но я и в детстве отличался своими выдающимися способностями, и все это помню, как вчера!
— Так что, Беспалов недаром называет меня своей воспитанницей? — спросила Маня.
— Как видите, моя краса! Из всех нас, составляющих население его палаццо, один только Виталий его подлинное детище.
Они уже завернули с Невского на Фонтанку и Маня остановилась у ворот дома, который, как легко догадался Орест, принадлежал Андрею Львовичу Сулиме.
— Благодарю, — сказала она, — мне надо зайти в этот дом.
Орест снял картуз и галантно произнес:
— Не смею вам мешать, принчипесса, поступайте, как вам заблагорассудится… Вы предупреждены обо всем!
Проговорив это, он грациозно раскланялся и, картинно задрапировавшись в плащ, удалился, довольно правдоподобно избражая собою действующее лицо французского таинственного романа.
Глава XXVIII
Маня проворно юркнула в ворота и прошла в подъезд во дворе.