— Есть, и вы, испытав горе, напрасно пренебрегли людьми! Это — гордость!
— Не я, а они пренебрегли мной, — возразил Саша Николаич. — Меня никто не хотел и не хочет знать…
— Напрасно, тут вы ошибаетесь. Ах, как бы я хотела поговорить с вами и разубедить вас! Приезжайте к графине Савищевой!
— Я не бываю там и не желаю быть!
— Да! Вы поссорились с ее сыном, я забыла, тогда приезжайте…
Наденька остановилась. Она не знала, что сказать. К себе, то есть к тетке, она пригласить не могла, потому что ее тетка совсем не принимала молодых людей и у нее бывал только небольшой кружок ее старых друзей, преимущественно придворных.
— Вот что, — сообразила Заозерская, — завтра устраивается пикник в Петергофе. Я там буду. Завтра последний день бьют фонтаны. Приезжайте! Встретимся в Монплезире. Мы все будем там и поговорим…
Саша Николаич горько улыбнулся. Он произнес:
— Благодарю вас, Надежда Сергеевна! Но кто знает, что завтра случится!
Наденька внимательно взглянула на него.