Ахмет после долгой паузы соблаговолил ответить:
— Они лечить поехали. Тут одна татарка больна…
— Верхом поехали, как всегда?
— Как всегда…
— А ведь это они, — через некоторое время показал Агапит Абрамович на появившихся на дороге двух всадников, быстро приближавшихся на маленьких, шедших скорой иноходью лошадках.
Один из них, видно, заметил в саду у дома гостя и пустил лошадь еще скорее, второй отстал немного. Подъехав к дому и увидев Крыжицкого, он крикнул отставшему по-французски:
— Жанна, скорее! Здесь Крыжицкий из Петербурга!
— Честь имею кланяться, княгиня, — приподнимая шляпу, приветствовал Агапит Абрамович подскакавших всадников, поспешив навстречу, чтобы помочь им слезть с лошади.
Но княгиня быстро и ловко соскочила с седла и кинула поводья.
Она была острижена и одета по-мужски. На ней была широкая и довольно длинная синяя блуза, такие же шаровары и мягкие сафьяновые сапожки.