— Но неизвестно также и то, умер ли он?
— Поэтому и не было избрано другого верховного вождя. Даже предатель Веллы, Симеон Ассемани не был отыскан.
— Симеон Ассемани получил заслуженную кару от руки убийцы, — сказал Сулима. — И если ты хочешь знать, то вспомни убийство Крыжицкого.
— Крыжицкий был Симеоном Ассемани?! — изумленно спросил Паццини.
— А вы там, в Париже, не знали этого, как не знаете и где аббат Велла? Ну, так я объясню это тебе!
Сулима расстегнул жабо на груди, достал висевшую у него на шее сафьяновую сумочку и вынул из нее сложенный в несколько раз пергамент.
— Читай! — сказал он, развернув и показав пергамент Паццини, но не выпуская его из рук.
— Ты… аббат Велла?! — тихо произнес Паццини, пораженный и смущенный вместе.
— Теперь ты убедился, что я имею власть приказывать? — произнес Сулима.
— Но отчего же ты до сих пор скрывался?.. Отчего не объявил себя в Париже, приняв управление всеми делами?