Они пользовались огромными связями и огромными капиталами.
Главари, направлявшие «рабочих» всего общества, находились в Париже, где и зародилось самое общество на почве запутанных юридических отношений, созданных французской революцией, в особенности в области наследственных прав.
Отделения и агенты союза были повсюду, между прочим, и в России.
У Крыжицкого было именно сборище вожаков, действовавших в Петербурге.
Единственным, что осталось от прежней обрядовой стороны, были кокарды и разделение вожаков и стоявших за каждым из них агентов по цветам.
На другой же день после заседания Крыжицкий отправился по порученному ему делу.
Самой графини Савищевой он не знал, но о ее сыне имел понятие и решил, что в данном случае лучше всего действовать через него. Вопрос только состоял в том, ехать ли прямо к Савищеву на дом или постараться встретиться с ним на нейтральной почве, как бы случайно, в театре или в ресторане.
Однако нейтральная почва была очень неопределенна и во всяком случае ее нельзя было использовать сейчас.
Агапит Абрамович решился ехать на дом. Он оделся с изысканностью и, вместе с тем, строгостью, которую всегда соблюдал в своем костюме, и, сев в карету (она у него была собственная), отправился к молодому графу.
Он застал его, как и рассчитывал, только что поднявшимся с постели, за утренним кофе.