Обыкновенно она уходила в сопровождении слепого брата, который и сегодня ушел с ней, и вдруг Саша Николаич увидел ее выходящей из ресторана с графом Савищевым, человеком, которого он презирал теперь больше, чем всех остальных.
Конечно, он ошибся, конечно, это была не Маня, но все-таки ему хотелось убедиться в этом так, чтобы не было сомнения.
Как нарочно, извозчик ему попался отвратительный и ехал очень медленно.
Когда Саша Николаич добрался, наконец, до дома, он застал там Маню, сидевшую, как и прежде, будто ни в чем не бывало, на своем месте за шитьем, а слепого в углу.
Орест был в трактире, а титулярный советник Беспалов буянил во дворе с водовозом, заметив какую-то «неисправность по части водоснабжения».
Саша кинул плащ в передней и как угорелый влетел в столовую.
— Когда вы вернулись? — запыхавшись, стал он спрашивать Маню. — Скажите мне, когда вы вернулись?
Она подняла свои большие строгие черные глаза и посмотрела на него в упор.
— Я вас спрашиваю, — повторил Саша Николаич, — когда вы вернулись?
— То есть как, когда я вернулась? — спокойно протянула девушка.