— А как насчет таксы сегодня?
Саша Николаич сердито посмотрел на него, и, прежде чем он успел ответить, Орест исчез, поняв, что он сунулся не вовремя.
Орест уже успел привыкнуть к ежедневным получениям полтинника и сегодня почувствовал тоску его лишения.
Он находил это несправедливым, потому что, в сущности, ничем не провинился и желал восстановить справедливость, если не целым полтинником, то хотя бы частью его.
И за этой частью он отправился к Мане.
— Принчипесса! — подступил он к ней. — Не будете ли вы благосклонны выслушать мою нижайшую просьбу?
Маня продолжала шить, не обращая на него внимания.
— Не желаете разговаривать?.. Полагаете меня подонками общества?.. Но, принчипесса, в Писании сказано: «Блажен, кто и скоты милует».
Маня не удержалась и фыркнула.
— Что тебе надо? — спросила она.