— Еще есть сведения об итальянце, который интересует вас, — ответил за переборкой чей-то совсем незнакомый Артемию голос.
— Торичиоли? — спросил Сен-Жермен.
— Да.
Артемий вздрогнул. Ему было чрезвычайно интересно знать, что будут говорить про Торичиоли, но вместе с тем чувство стыда, что он, хотя невольно, но все-таки подслушает то, чего, может быть, при нем и не говорили бы, заглушало в нем его любопытство.
Он двинулся и кашлянул нарочно громче, чтобы дать знать о себе.
— Так какие же сведения? — продолжал граф, видимо не обратив внимания на кашель Артемия, не слышать которого он, очевидно, не мог.
— Он уже третий месяц в Кенигсберге.
— Чем он занимается?
— Все тем же.
— Составлением эликсиров?