— Оставьте меня в покое! Повторяю вам — никакого списка у меня нет, и ничего я не знаю… и никакого молодого человека, и ничего…
— Подумайте! — продолжал граф. — Его будут пытать, его возьмут, отвезут в крепость, и в то время, как вы будете получать деньги за свое предательство, вашу жертву вздернут на дыбу и кости его захрустят…
— Да вам-то что за дело? — крикнул вдруг Торичиоли.
Сен-Жермен скрестил руки на груди и остановил на нем долгий и пристальный взгляд.
Какая-то особенная, непонятная улыбка сложилась на его губах.
— Джузеппе Торичиоли, — проговорил он вдруг изменившимся и тоже совсем особенным голосом, — вы желаете теперь знать, какое мне дело до всего этого? Хотите, я дам вам ответ?
Торичиоли под этим взглядом и при звуке этого голоса почувствовал словно дрожь во всем теле и невольно ответил:
— Да, я хочу этого!
— Хорошо, я отвечу вам, но только не здесь.
"Что он говорит такое? — силился сообразить Торичиоли. — Не здесь? А где же тогда?"