— Уже арестован? — проговорил Сен-Жермен.
— То есть как «уже»? Значит, вам известно что-нибудь?
— Мне известно, что мы слишком долго мешкали и что сама судьба толкает нас действовать; значит, пора?… Садитесь сейчас в карету. Вы не знаете, государыня все еще в Петергофе, а Петр — в Ораниенбауме?
— Да, он все там, а она — в Петергофе.
— Тем лучше! Садитесь сейчас в мою карету, лошади должны выдержать; отправляйтесь в Петергоф и, не медля, по приезде, доложите государыне, что все готово для ее провозглашения.
— Но никто еще не знает ничего, мне первому прибежали сказать о Пассеке… Разве вы тут поспеете?
— В то время, когда вы скажете государыне, что все готово, — будет действительно готово все. Садитесь и не теряйте времени! Нужно вернуться сегодня в ночь.
Они уже были на крыльце.
— Это — ваш кучер? — спросил Орлов. — Он надежен?
— Да, он вполне надежен, но все-таки лучше заменить его… Сержант у вас?