Он весело улыбнулся.
— Поверьте, ваше высочество, все, что я делаю, очень просто и главное — естественно. Оно не похоже только на то, к чему привыкла толпа. И она удивляется тому, чего не знает. Вот и все. Я должен был переменить имя, чтобы явиться в Россию. Я ехал в Петербург, но на дороге узнал, что вы отправляетесь в Москву, и свернул по проселкам наперерез вам. Я рассчитал, что мы должны съехаться в имении здешнего князя. Ваш кучер был заранее подкуплен для того, чтобы сказать в условленном месте, что лопнула шина, и дальше ехать нельзя. Сегодня утром я был в деревне и распорядился относительно условленного знака. Не было сомнения, что вы остановитесь в усадьбе…
— И увижу вас, чтобы высказать вам свою благодарность, — добавила Екатерина. — Но я боюсь, что наше «гаданье» покажется там, — великая княгиня кивнула на террасу, — слишком продолжительным. Увижу ли я вас еще?
— Я должен ехать завтра утром назад.
— В таком случае все-таки до свидания.
Граф ответил ей новым поклоном. Екатерина направилась к двери.
— Граф! — вдруг остановилась она, и легкая краска смущения зарумянила ее щеки. — Простите мне один вопрос: вам дорого стоило подкупить кучера?
— Ваше высочество, зачем вам знать это?
— Чтобы вернуть вам расходы.
Новая улыбка явилась на лице графа. Он опустил руку в карман своего бедного коричневого камзола и достал оттуда целую горсть бриллиантов.