— А надежен этот ваш Прошка, не выдаст?
— Кроме как к нему, обратиться не к кому; коли выдаст — значит, судьба, — ответил Гурлов. — Только не за что платить ему мне злом за добро.
— Ну что там, выдаст, ну какой там, выдаст! — решил Труворов, внимательно слушавший. — Надо, Александр Ильич, поскорее…
— Да уж надо поскорее, — согласился Чаковнин, взявшись за картуз. — Где же этого Прошку найти можно?
— В большом доме при театре; там у него конурка под лестницей…
— Разыщу! — успокоил Чаковнин и, кивнув головою, вышел из комнаты.
X
Князь Гурий Львович, принесенный в обмороке в свою спальню, очнулся не сразу.
Состоявший при нем лейб-медик из аптекарей Август Карлович Кнох дважды пускал ему кровь.
Наконец Каравай-Батынский пришел в себя. Обморок оказался последствием испуга. Никаких органических повреждений не было, кроме незначительной боли в голове от ушиба да синяка на спине. Бывший на князе пышный парик защитил его от удара канделяброй.