– Это ни на что не похоже! – вдруг обернулся он к Чагину.
– А что? Опять проиграл? – спросил тот.
– Нет, ты представь себе, этакое счастье… ни одного удара… то есть ни одного хорошего удара… Как на зло словно – маленькую даст, большую бьет, маленькую даст, большую бьет… И так весь вечер!..
– Где же это ты? У Дрезденши?
– Нет, этак не везти, я тебя спрашиваю! – вскинув плечами, снова подхватил Лысков, не обращая внимания на вопрос. – Этого со мной никогда не бывало, и, как нарочно, совсем незнакомый…
Чагин поднял брови.
– Кто же такой?
– Поляк какой-то, Демановский, Депановский, что-то в этом роде.
– Невысокого роста, черноглазый? Это – Демпоновский, я его видел у Дрезденши. Он, говорят, в свите Ржевутского приехал.
– Какого Ржевутского?