— На это вам ответит, — сказал Белый, — сама жена дука Иосифа дель Асидо, князя Сан-Мартино! — и он показал на Жанну.
Та удивленно посмотрела на него, как бы недоумевая, так ли расслышала она.
Но Белый кивком головы показал ей: «Да, говори все, что знаешь!»
— Я должна все сказать? — все-таки переспросила Жанна.
— Да! — подтвердил ей Белый.
— Я только что убедилась, что Белый и дук дель Асидо, князь Сан-Мартино, — сказала Жанна, — брат моего мужа — одно и то же лицо.
Все переглянулись между собой и затем вопросительно посмотрели на Белого, как бы желая узнать, как им понимать слова княгини.
— Я и дук дель Асидо — мы вполне отвечаем друг за друга! — как бы поясняя, но на самом деле затемняя дело, несколько уклончиво проговорил Белый. — Во всяком случае, я ручаюсь вам за дука, как за самого себя.
«Хитрый человек!» — подумала Жанна, невольно все более и более преклоняясь перед тем, по-видимому, гением интриги, который руководил этим делом. В эту минуту она пожалела, что у нее не было такого руководителя, как он, во время той истории с ожерельем королевы.
— Я так и думал, — заговорил опять Люсли, — что дук для нас свой!.. И тут относительно него не может быть сомнения! Но неприятно вот что: придется получить с Николаева по расписке судом, а эти русские судьи тянут дело годами и придется ждать долгое время, прежде чем Николаев вернет деньги по расписке.