— А вместо этого вы приходите за деньгами к моему мужу? — насмешливо проговорила княгиня Мария.
— Не смейтесь надо мной!.. Это слишком жестоко с вашей стороны!.. Не услышь я сейчас вашего разговора с Николаевым, я бы исполнил задуманное и только тогда открылся вам; но после того, что вы сказали ему, и после того, как он дерзко отверг вас, мне хочется вам сказать: «Приказывайте… Скажите мне, чтобы я сделал все, что вы захотите, и я буду ваши рабом!» Я не побоюсь обмануть вашего мужа!
— Да вы пьяны или с ума сошли? — топнув ногой, крикнула княгиня Мария.
На самом деле Люсли был пьян, но только не от вина, а от давнишней своей упорной страсти к ней, и вместе с тем он был сумасшедший, потому что, потеряв возможность управлять своим рассудком, он слишком долгое время неестественно сдерживал свою бурную натуру, и с тем большим бешенством вырвалась теперь его скрытая страсть.
— А-а, так! — проговорил он. — Выгоните меня! Ну так я же на все пойду!..
Он выхватил из кармана свернутый платок, быстро распустил его и кинул в лицо княгини Марии.
Она почувствовала, что вдыхает в себя какой-то ошеломляющий, приторно-сладкий запах, и в тот же миг потеряла сознание и упала на пол без чувств.
Бывший граф Савищев кинулся к ней.
Но тут его схватила крепкая, сильная рука и отбросила в сторону.
— Разве для этого был дан тебе платок? — услышал он над собой рассерженный возглас.