По команде инопланетяне включили пистолеты, и вопли ужаса пронеслись в их толпе. Лучи пистолетов, отразившись от зеркального полумесяца, ударили в центр отряда менвитов. Прежде чем Пришельцы сообразили, что это они сами себя поранили, и бросились врассыпную, несколько менвитов, получив сильные ожоги, рухнули на землю.
Не теряя времени, зеркальный полумесяц развернулся, и собранный щитами луч ещё не выключённых пистолетов обратил в гигантский костёр одну из бочек с припасённым для вертолётов горючим. Затем он заплясал на мастерской, из которой сразу пошли клубы дыма. Когда к менвитам вернулся, наконец, дар соображения, они выключили свои горе-пистолеты и пустили в ход пушки-картечницы. Полумесяц рассыпался снова в цепь, дуболомы повесили щиты на спины и бросились бежать в обратную сторону.
Когда пожары потушили, раненых перевязали, менвиты рассмотрели трофеи, оставленные неприятелем: несколько голубых и жёлтых щепок, отлетевших от дуболомов при попадании картечи.
Радужное настроение завоевателей сменилось унынием.
В тот же день всему деревянному воинству был сделан ремонт. Солдатам нарисовали яркие новые мундиры, добавив к ним погоны и медали, а заново выкрашенному, сияющему Лану Пироту – золотые эполеты и орденскую ленту через плечо.
Операция «Страх»
Страшила не согласился с предложением Фараманта снять для пущей сохранности изумруды с городских башен и стен, с мостовых и крыш домов. Остаться без изумрудов означало обнаружить страх перед врагом, всё равно что сдаться на его милость.
– С ними веселее драться, – сказал Страшила. – Надо сохранить сияние зелёного огня. Он помогает и пусть играет всеми переливами.
– И верно, Изумрудному городу нельзя без изумрудов, – согласился фельдмаршал Дин Гиор.
А поскольку нельзя и изумруды должны, наоборот, помогать сражающимся, их не убрали, а начистили, чтобы ярче сверкали. И вот перед нападением менвитов Изумрудный город стоял во всем великолепии. На его защиту решили встать все жители и все удивительные создания Волшебной страны. Но что они могли перед чужестранцами? Могли быть храбрыми, а это уже немало.