Чарли еще не мог прийти в себя от удивления. Он широко открытыми глазами смотрел то на ворону, то на Тотошку.
– Все это очень просто, – сказала ворона. – Нечему тут удивляться. Сразу видно, что вы явились из страны, где не знают волшебства.
– Ну, уж раз ты заговорила, Кагги-Карр, то расскажи нам, что означает загадочное послание, которое отправило нас в это трудное путешествие.
– Да-да, Кагги-Карр, – подхватила Элли, – открой нам тайну письма.
– Моя повесть будет очень долгой, – ответила ворона. – И я предпочла бы отложить ее до завтра. Но чтобы успокоить вас, скажу, что Железный Дровосек и Страшила были живы и здоровы, когда я полетела к вам в Канзас. Они просто-напросто сидят в заточении на верхушке высокой башни…
– Просто-напросто! – со слезами на глазах воскликнула Элли. – Тебе, видно, их совсем не жалко!
Кагги-Карр обиделась. Она долго молчала, потом заговорила с горечью:
– Конечно, мне их ни чуточки не жаль! Я равнодушно оставила их в беде, я не взяла их письмо, не полетела с ним за тридевять земель, подвергаясь многочисленным опасностям…
Элли стало стыдно.
– Милая, добрая Кагги-Карр, прости меня! Как я могла сказать такое!