Темное облако точно проглотило луну. В набежавшей тьме выявилось слабое, незаметное при свете луны нежно — фиолетового цвета неравномерно пульсировавшее сияние, ореолом стоявшее над ящиком с силуэтом согнувшейся фигуры в шлеме. Голубым пятном отсвечивало выпуклое стекло. Слабый тихий писк и чирикание слышалось из ящика.
Один подошел к цилиндру на сложенных тюках и пучек параллельных лучей яркого солнечного света залил лагерь и, прорезав мрак песчаной впадины, уперся в дюну.
Зрачки окружавших сузились опять в узкие разрезы, но весь облик их совсем не казался мне теперь таким отвратительно ужасным, как днем. Стоявший рядом прикоснулся к ящику, — крышка мягко отскочила вверх на стержнях по углам. В ящике лежали тщательно уложенные кипы бумаг.
Дрожь волнения овладела мною. Мы стояли на пороге одной из тайн вселенной, приподнималась завеса в неведомый мир, затерявшийся в звездной пыли, в неизмеримой дали бесконечности.
VII.
Открывший ящик взял сверху узкий длинный лист и, указав на звездное небо, передал нам. Я жадно впился глазами. Сверху изображена была спиральная туманность. Ниже, второй рисунок, показывал ее ближе и уже как не туманность, а различимое звездное скопление с маленьким квадратом, обведенным красной линией на краю его. На третьем рисунке, изображавшем лишь увеличенную часть скопления, соответственно увеличенный красный квадрат отделял несколько десятков звезд различной яркости от таких же, окружавших небольшой синий треугольник в квадрате, заключая одну звезду, ничем, впрочем, не отличавшуюся от других. На следующем рисунке, в большом синем треугольнике горела голубым огнём яркая звезда, на рисунке еще ниже — звезда ясно распадалась на две.
Мы как бы мчались с быстротою мысли, пронизывая бездну вселенной, приближаясь к какой-то определенной точке ее.
На последнем рисунке оба светила сильно увеличенной двойной звезды, окруженные тонкими вихревыми штрихами, были так искусно раскрашены изумительно подобранными красками, что я, точно заглянув в трубу сверх-телескопа, увидел два пылающих голубых и оранжевых солнца, вращающихся вокруг общего центра. Я на миг забыл, что передо мною только рисунок. Под рисунком была схема их солнечной системы — две крошечные точки — песчинки кружились вокруг своих солнц.
Нарисованные сбоку два кружка заметно разного диаметра, соединенные тонкими белыми линиям с точками на схеме, указывали сравнительные размеры планет. Меньшая планета была ближе к своему оранжевому солнцу, чем планета голубого солнца.
Рисунки и чертежи, чрезвычайно понятные, имели последовательность, дополняя один другой.