Сигналы! Может быть направляющие!
Под влиянием прежней мысли он схватился за голову.
— Наш долг перед человечеством, перед мировой культурой, не потерять связи, не упустить возможность… Исключительный случай, быть может, — один в тысячи лет. Всю силу мозга сосредоточим на этом. В 10 минут надо найти решение. Отойдем, здесь невольно будем отвлекаться.
Он почти насильно потащил меня от лагеря. Мы молча дошли до брошенных одеял. Врагин сел и отвернулся. Аппарат молчал. Через полминуты погас прожектор. Земная ночь окружила нас, окутала мраком, мерцала звездами…
VIII.
И вот я увидел, как на фоне темно-синего неба над нами край облака, закрывшего луну, закрутился вдруг, будто захваченный сильным воздушным вихрем или верхним концом смерча, и разорвался в клочья.
Фейерверком посыпались искры на дюне, взметнулся клуб голубого пламени и дюна почернела. Аппарат в лагере щелкнул пять раз подряд, оборвался и смолк. Высоко вверху над самыми головами резким правильным кружком зачернело небольшое облако. Не двигаясь с места, не теряя правильности очертаний и густоты, оно быстро увеличивалось в диаметре.
Едва успел я понять, что оно камнем падает вниз, сейчас, через секунду упадет на нас, как что-то громадное гигантским черным кругом нависло над лощиной в десятках метров над землей. Медленно, плавно и бесшумно опустилось еще ниже и неподвижно замерло в воздухе. Поняв, я следил, затаив дыхание.
Большой овал белого света с минуту лежал на песке вокруг нас. Столб прожектора мигнул, дрогнул, погас. Снизу луч другого прожектора поднялся вертикально и, опершись во что-то непроницаемое, осветил плоскую, ровную, движущуюся поверхность металла.
Из мрака выступил громадный, медленно и беззвучно вращавшийся на подобие граммофонной пластинки, диск размером с арену большого цирка.