— Не понимаю я тебя. Санзеф — это фамилия твоя, что ли?
Марсианин вынул из сумки изображение какой-то комнаты, наполненной неизвестными нам машинами, приборами, сосудами и длинными рядами свертков, похожих на круги кинолент. Посреди комнаты виднелась фигура Баиро-Туна. Отчетливость подробностей и точная передача малейших светотеней доказывали, что это был не рисунок, а нечто вроде фотографического снимка,
— Инженер он, должно быть, — сказал я.
— Должно, так. Простому, неученому человеку, как я, к примеру, с этими машинами и сниматься не к чему.
Марсианин вытащил новый снимок. Также комната. Голые стены. На полу — несколько рядов рельсов и двухколесная тележка, которую толкает перед собой марсианин, несколько отличающийся от Баиро-Туна: голова у него поменьше, туловище и ноги длиннее, руки толще. Другой такой же марсианин чем-то вроде щетки чистит мокрую стену.
Баиро-Тун указал на длинные руки двух марсиан и сказал:
— Тонто ноко.
Затем приставил палец к своей голове и произнес:
— Санзеф ноко.
— Э, Павел! Я ведь понял: эти двое — простые рабочие. «Тонто ноко» значит: «рабочий человек», а «санзеф-ноко» — «ученый человек».