— Мы-то по-русски, а он по-своему.
— И понимали друг друга?
— Да говорю тебе: умный человек, ученый, потому и понимали. Больше двух недель только и делали, что рисовали да говорили. А потом он соскучился и захотел улететь,
— Вот что, Павел. Раньше я тебя считал человеком правдивым и не болтуном, а теперь не знаю что и думать. Шутишь ты, что ли?
— Шучу! Хороша шутка, коли после этого случая мы чуть живы остались. А не веришь — так я отдам. Там Снежков все записал. Прочитаешь -поверишь.
— А где же теперь Снежков?
Тю-тю! Далеко!.. Улетел насовсем!
— Что ты морочишь меня, Павел? Куда улетел?
— На Марс этот самый, с американцем каким-то. Уже два года как улетел... Ну, прощай, отваливать пора. Прочти, что Снежков писал, — поймешь тогда.
Павел Сухов, старик шестидесяти пяти лет, мой приятель, сибиряк. Мы познакомились с ним много лет назад в Уссурийской тайге.