- Понимаешь ли, что я вправе бросить тебя в тюрьму? - продолжал он, смягчив, однако, голос.
- За хищного зверя? не думаю, - отвечал я спокойно.
- А если бы на место волка на тебя набежала бы серна, что бы ты сделал?
- Я убил бы серну.
- Ты сознаешься? - спросил он почти с улыбкою.
- Я никогда не лгу; и сознаюсь, что, будь серна, я точно так же стрелял бы по ней, как по волку.
- Браво! - воскликнул он голосом, который не выражал уже более ни гнева, ни даже неудовольствия, - я люблю подобных молодцов, ежели ты не хвастун и не трус.
- Я не хвастун и не трус, - сказал я с досадою.
- Следовательно, ничего не боишься?
- Ни вас и ничего на свете.