– Ну, ну, положим, что скоро, – отвечал, смеясь, штаб-ротмистр.
– На Фоминой, небось…
– Ну, на Фоминой; потом же что?…
– А на Фоминой, так торопиться действительно нужно, и деньжонок призапасти не мешает…
– Как же не торопиться, посудите сами, Тихон Парфеньич! шила в мешке не утаишь, и скрывать, почтеннейший, не для чего; по правде сказать, коли уже все знают… только, сделайте милость, то есть не разглашайте; знаете, нехорошо заблаговременно.
– Предателем не был и не буду.
– Кто говорит о предательстве, почтеннейший, так, чтобы не сболтнуть.
– Болтают нетрезвые, сударь.
– Боже упаси меня полагать такое, Тихон Парфеньич.
– А не полагаете, так к делу: право, пора – сестра ждет решительного чего-нибудь; деньги у ней готовы, закладной в суде не замешкают; только вот что, Петр Авдеич…