– Вы видите, любезный сосед, что я распорядилась в доме вашем, как старая знакомая, и вполне воспользовалась гостеприимством, – сказала графиня, обращаясь к штаб-ротмистру. – Прошу теперь вас сесть возле меня и пить со мною чай; я устала ужасно.
– Не угодно ли будет вашему сиятельству отдохнуть? – спросил Петр Авдеевич, медленно подходя к графине.
– О нет, нет еще; но позже, гораздо позже; напротив, мы должны поговорить с вами о многом.
– Со мною, ваше сиятельство? – спросил удивленный штаб-ротмистр.
– С вами, сосед.
– Что же прикажете-с, ваше сиятельство?
– Во-первых, сесть возле меня, вот так; во-вторых, не называть меня никогда сиятельством; в-третьих, пить со мною чай, потому что мы оба озябли, а в-четвертых, познакомить меня покороче со всем вашим краем, и в особенности с тем местом, в котором я намерена поселиться, то есть с моею усадьбою.
– Неужели, ваше сиятельство, осчастливите уезд наш своим присутствием?
– И надеюсь прожить у вас довольно долго. А курите ли вы, сосед? Clйment, mes cigarettes![7]
Француз, вынув из кармана портсигар и положив его на серебряную тарелку поднес было графине, но она знаком указала на штаб-ротмистра, и monsieur Clйmentобратился к нему.