— Как можно такие вещи говорить? — развел руками шофер. — Это лежит шеф.
— Какой шеф?
— Ленинградский шеф. Короче говоря, далеко до колхоза «Новая жизнь»?
Шеф завозился и, не поднимая головы, хрипло спросил:
— Василий, почему остановка? Опять, наверно, с девчатами любезничаешь? — Из брезентового капюшона показалось заспанное измятое лицо. Шеф увидел Полинку и безнадежно махнул рукой: — Так и есть. Это чорт знает, что за человек! В каждом колхозе знакомится, а теперь среди поля закрутил. Плюньте на него, девушка!
— Павел Петрович, — закричал шофер, — в последний раз прошу!
Полинка растерянно посмотрела на шофера. «Ох, уж эти мужчины, — подумала она, — какие все обманщики. Ни одному нельзя довериться».
— Так что до колхоза будет километров тридцать, а то и все сорок пять, если не пятьдесят, — сердито сказала она и стегнула жеребца. Но, отъехав от машины, не утерпела, оглянулась.
Шофер, словно знал, что она оглянется, и, сдернув с головы кепочку, помахивал ею в воздухе.
— До скорых встреч! — крикнул он, сверкнув золотым зубом.