— В какой день бог сотворил солнце, луну и звезды?
— Он сотворил их в четвертый день.
— В библии написано: и был день и было утро, день вторый. — Мог ли день смениться утром, если бог еще не успел создать солнца, луны и звезд? И какой свет светил до четвертого дня?
Я молчал, сбитый с толку. Бенедиктов рычал с дивана:
— Под светом надо понимать эфир.
Михал Палыч щурил близорукие глаза, брал со стола очки, но их не надевал, а, подержав, откладывал в сторону.
— В библии нет ни одного места с упоминанием об эфире. Понятие эфира выработано позже физиками. Если даже допустить, что по библии в первый день бог создал эфир, то отчего все же происходили смена дня и ночи до сотворения небесных светил?
Бенедиктов, не меняя положения, ни даже взгляда, устремленного на потолок, опять рычал:
— Дни творения, о, юноша, надо полагать за целые эпохи.
Михал Палыч щипал «добролюбовскую» бороду.