Солнце у края горизонта вышло из-за тучи и брызнуло густейшим пучком лучей, отразившись в глазах Рахили. В них плавились золотистые искорки. Глаза были честны, правдивы и чисты… Тогда и я признался:
— Я тоже вам сказал неправду… На базаре я был, но у меня ничего не вышло.
И я поведал ей без прикрас, что случилось со мной около воза. Румянец не сходил со смуглых щек Рахили, когда она слушала мои признания. Выслушав, она лукаво пошутила:
— Хотела бы я поглядеть, какой вы были около кулей…
Она рассмеялась. Я тоже рассмеялся… Заря багровым пологом объяла запад.
Возвращался я домой довольный. Никогда раньше я не предполагал, что иные признания приносят отраду и успокаивают.
…Пора было в бурсу. Накануне отъезда, прощаясь, Рахиль чуть чуть задержала мою руку в своей.
— Большой был тогда ливень под мостом… — Она взглянула на меня и тут же отвела глаза.
— Да… ливень и гроза были большие, — смущенно ответил я Рахили.
Молчание…