Начало было положено, но оно слишком выглядело скромным. Вождь диких дакотов, Серега, без обиняков предложил:
— Будем воровать где попало: у знакомых, у родных, в книжных лавках.
— Удобно ли воровать для «общего дела»? — спросил Петя Хорошавский.
Мы переглянулись. И вправду, начинать «общее дело» с воровства ровно бы неудобно.
— Ерунда, — уверенно перебил его Главный Начальник, Витька Богоявленский, и гневно поглядел на Петю. — Удобно… неудобно. Всегда ты лезешь с дурацкими мнениями. Надо тибрить — вот и вся недолга…
Здесь Главный Начальник прибавил ненаписуемые словеса, отчего Петя Хорошавский опустил глаза. Он один из нас все никак не мог привыкнуть к живописному витькиному языку.
Доводы Главного Начальника прозвучали непререкаемо, но не совсем убедительно. Стальное Тело глубокомысленно изрек:
— Собственность есть воровство. Это сказал Прудон.
— Кто этот твой Прудон и откуда ты о нем знаешь? — спросил я Любвина.
— Откуда я узнал, это мое дело, — загадочно промолвил Стальное Тело в чугунным гашником. — Прудон — анархист. Ни во что не верит; писал в своей одной книге, что всю землю нужно дотла пожечь.