— У меня давно разболелся живот, — с готовностью отвечает Денисов.
— А Петрушку валял ты сейчас тоже с больным животом?
Денисов невинно и изумленно взирает на Баргамота.
— Никакой Петрушки я не валял. Позвольте выйти!..
— Ты и из парты не выходил?
— Не выходил, — решительно заверяет бурсак.
Баргамот задумчиво смотрит на него и как бы даже с уважением; крякает, гладит рыхлый живот, садится за кафедру, скучно мямлит:
— Иди скажи инспектору, что я выгнал тебя из класса за паясничество!
— У меня живот болит, ей-богу, — бормочет Денисов уже в дверях.
Бурсаки знают, к Тимохе Денисов не пойдет: Баргамот справляться о Денисове у инспектора не будет.