— Эй, борода, я с твоей дочкой пилкой-колкой дров авчерась занимался. Спроси у нее, ей-ей!
Мещанин спешит уйти, грозит кулаками.
Из-за угла показываются возчики с соседнего пивоваренного завода, человек семь. Между бурсаками и ими происходит перепалка:
— Эй, гужееды! Битюжники!
— Эй, кутья! Щедрин-ведрин, грудочку кашки, шматок колбаски!
— Коротки свитки — померзли лытки!
— Пономари долгополые! На тебе на шильце, на мыльце!
— Рвань бессапожая! Деревенщина-засельщина!
— Калашники! Блинохваты!..
Далее у стен духовного вертограда разражается такая изощренная словесность, какую не вытерпит никакой печатный лист. Не сдаются бурсаки, не уступают возчики. Прохожие ажно приседают, либо раскрывают рты от удивления, а некая пожилая барыня даже помахала ручкой около носа: дюже пахучие словечки загибают.