— Что у вас тут?
— Рвёть, ваше высокоблагородие.
— Опять рвёт, этот? — Пристав показал на меня.
— Никак нет, ваше высокоблагородие, теперь другой, вот этот.
Пристав набросился на Андрея, затем, отдуваясь, распорядился ввести нас в комнату и держать за руки. Так я спасся от «обыска в тёмной комнате».
Распорядившись, старик вновь углубился в листки, письма, бумаги, лежавшие на столе. Повертев в руках мой паспорт, он спросил:
— Вы — сын священника?
— Да.
Пристав смягчился и, словно оправдываясь, сказал, покачивая головой:
— Сами виноваты. Нехорошо. Попался — отвечай! Нечего из-под рук, милостивый государь, хватать поличное. Неблагородно-с! А ещё образованный. Должны порядочность соблюдать. По-моему, так.