Я ответил угрюмо, что доверяю, но что она, Ина, возможно, ошибается.
— Нет, я не ошибаюсь, — горячо и с упорством возразила Ина. — Никакого дела с паспортом у Миры нет. Она очень, очень нехорошая. Она ходит и рассказывает, что делается среди ссыльных. Вы проследили, сколько времени она была у нас?
— Около часа.
— Зачем ей сидеть у нас целый час? И кроме того, о паспорте говорят в правлении, а не на дому.
— Возможно, — неопределённо согласился я с Иной.
Её горячность почему-то мне не понравилась и показалась неестественной. Ина нервно теребила косу. Я вспомнил об Андрее.
— Вам известно что-нибудь о муже Миры? — спросил я её тоном допрашивающего. — Бывает он у вашего отца, знает он, что Мира ходит к вам?
Ина отчуждённо и холодно ответила:
— У нас он не бывает. Возможно, он не знает, чем занимается Мира.
Ина глубоко вздохнула, положила руку на спинку кресла сжав губы. Её брови сошлись у переносицы и поднялись у висков.