— Ваша, мать игуменья, собственная ваша! — отвечала мать Секлетея поспешно. — Чьей, же ей еще быть? Ваша!
— Только я, если захочу, не могу ее сжечь, а?
— Можете, мать игуменья, можете! Коли угодно, так сейчас же сожжете так, что и камня на камне не останется!
— Гм!.. Это ты правду говоришь, а? По чистой совести так ты думаешь, а?
— По чистой совести, мать игуменья! Вот как бог свят, по чистой совести!
— А с вами я ничего не смею сделать, а?
— Ваше преподобие! с нами-то? Да вы с нами все можете сделать!
— Будто могу? а?
— Можете, матушка игуменья!
— А ну-ка, попробую. Подойди ближе. Подходи, подходи!