— Здорово, Тимош.
— Мы тут ягоды рвали, — ответил я. — Сколько тут ягод!
— Что тут! — отвечал он. — Вот я вчера набрел на одно место, так там просто гибель их — негде ступить.
— Верно, в Волчьем Верху? — спросил я.
— Нет, туда, к Лысому Яру.
— Покажите!
— Хорошо. Я теперь в березняк иду, так мне все равно туда дорога лежит.
Я взглянул на Настю. Я несколько раз взглядывал на нее во время моего краткого разговора с Софронием и видел, что она все больше и больше, все ярче и ярче разгорается румянцем и что она слегка отвратила лицо свое в сторону. На поклон Софрония она ответила таким же поклоном.
— Пойдемте, — сказал я, или, точнее, пролепетал, обращаясь к ней.
Сердце у меня билось жестоко. Я готовился услыхать горестное для меня: нет.