IV
Прошло еще много лет…
Было тихое, теплое, пасмурное весеннее утро. Между белыми облачками кое-где сияла нежная, ясная лазурь неба; окраины темной надвигавшейся тучки по временам вдруг словно вспыхивали, и из-за них блестели золотые иглы солнечных лучей.
Из грязных ворот огромного грязного дома выехала телега, на которой стоял плохо сколоченный дощатый гроб, повернула налево и направилась по людным улицам к кладбищу.
За гробом шли только двое: молодая девушка и юноша, очевидно, брат и сестра.
— Уж увезли? — крикнул быстроглазый румяный торговец, выглядывая из своей лавочки.
— Увезли, увезли, Иларион Микитич, — умильно отвечала жирная старушка, взбираясь по ступенькам лавочного крылечка. — А я к вам за кофейком… Уж вы, Иларион Микитич, побалуйте меня, дайте хорошенького по той же цене… Ведь столько лет знакомы!.
— Ладно, ладно… Кто ж его провожал?
— Молодь какая-то. Оборвыши тоже…
— Уж очень горд был и затейлив, — продолжал Иларион Микитич, насыпая в бумажку кофе.