— Замолчи! — крикнула Молли, и глаза ее сверкнули. — Я его люблю.
Джек наклонил голову и умолк, но внутри у него все кипело.
— Никогда не говори о нем дурно, я сама на это пошла. Он пожелал меня, и я отдалась, я не торговалась, не набивала себе цену, не просила его жениться. Я дала ему радость и расплачиваюсь за это. Почему бы и нет, раз я так хочу? Я знала, что делаю.
Она умолкла, тронула кончиками пальцев разбитый висок.
— Ох, как болит голова! Я даже плохо вижу... Послушай, Джек, если под конец я ослабею и смалодушничаю и стану его винить, не верь ни одному моему слову! Помни это. Мне не на что жаловаться... не на что...
На глазах Молли вдруг выступили слезы. Обеими руками она обхватила шею брата. ....
— Джек, я такая дрянь! Приплелась к тебе как голодная, бездомная собака, а когда ты меня приютил, еще ставлю тебе какие-то условия.
— Родная, я согласен на любые условия, только не уходи от меня.
— Тогда еще одно условие... ужасное.
Она сжала его руки в своих, горячих, как огонь.