— А может быть, это... ты ошибся?
Владимир промолчал.
— Видишь ли, — с тоской продолжала она, — ты так часто говоришь мне, что я не могу понять...
— Это верно, понять ты не можешь. И так лучше... для тебя.
Владимир встал, намереваясь выйти. В выражении его лица, в движениях появилось что-то натянутое. Оливия испугалась. Она не дала ему уйти, схватила за руку.
— Это ты, а не я, не можешь понять!
От ее прикосновения он словно окаменел.
— Может быть. В конце концов не имеет значения, кто из нас не сумел понять другого.
— Володя! Почему ты так суров со мной? Неужели ты не видишь, что я стараюсь поступать так, как нужно?
С губ Владимира сорвался приглушенный смешок, и он отдернул руку.