— Христос с вами, барышня! Да неужто мы похоронили бы его заживо?
— Откуда я знаю? — спросила она тем же ровным, безжизненным голосом.
Карол тронул жандарма за рукав.
— Вы видели его лицо? Расскажите ей.
— Видел. — Жандарм содрогнулся. — Он... он, видать, сильно намучился. Рубашка была вся в крови. Он был совсем застывший.
— Теперь все ясно, — сказал Карол. — Вы возвращайтесь вдоль канавы, а мы обойдем кругом. Так безопасней. До свидания. Спасибо вам.
Жандарм еще раз перекрестился и ушел, оставив их у могилы. Стемнело. Немного погодя Карол взял Оливию под руку.
— Идемте.
Они пошли назад через чахлый кустарник.
— Думайте только об одном, — проговорил Карол, — что бы ни было — он мертв, и они ничего больше не могут ему сделать. Это слабое утешение, но мне оно очень помогло, когда у меня умерла сестра.