— В чем дело? — спросил Билинский.
Марцинкевич передал телеграмму Оливии. Она была из Бродов. «Славинский тяжело болен. Заражение крови. Просим кого-нибудь приехать».
Оливия молча вернула телеграмму.
— Заражение крови, — повторил Билинский. — Значит, он может умереть. И все из-за какого-то дурацкого патруля, стрелявшего наугад в темноте. Ужасное невезение.
— Иезус-Мария! — вскричал Марцинкевич. — А вы бы хотели, чтобы он выжил? Нет, уж пусть лучше умрет от пулевого ранения, для него это лучший исход.
Оливия резко вскинула голову. Ее пронизала дрожь.
— Как понимать ваши слова? — спросил Билинский.
— Да разве вы не знаете, что у него появились первые признаки общего паралича? Неужели вы не заметили, как он странно стал ходить в последнее время? Состояние его безнадежно: самое для него лучшее погибнуть сразу от какого-нибудь несчастного случая.
Билинский отшатнулся.
— Общий паралич? Уж не имеете ли вы в виду двигательную атаксию?