Риварес бросил на него быстрый взгляд и тут же снова спустил глаза.
«Господи, да он, кажется, думает, что я собираюсь все рассказать!» – подумал Рене.
Войдя с Дюпре в дом, он сказал:
– Я был вынужден уволить Хосе за неслыханно наглую выходку. Я заплатил ему причитающееся жалованье, а также неустойку за месяц вперед.
Дюпре недовольно поджал губы.
– Я привык, господин Мартель, чтобы мои подчиненные советовались со мной, прежде чем предпринимать подобные шаги. Если вина была незначительна, его не нужно было так поспешно увольнять, если же он совершил серьезный проступок, он тем самым потерял право на эти деньги.
– Прошу извинить меня, полковник, – виновато ответил Рене. – Он так безобразно себя вел, что я, по правде говоря, вышел из себя.
Кроткий тон Рене смягчил Дюпре.
– Конечно, если он допустил дерзость по отношению к вам, это меняет дело.
– Он сказал вам, почему я его уволил?