С трудом превозмогая боль во всем теле, он поднялся с земли, словно не заметив протянутой ему руки. Риварес сразу спрятался в свою скорлупу, и до самого лагеря они не обмолвились ни словом. Не будучи в состоянии сам раздеться, Рене был вынужден позволить Риваресу снять с себя куртку и ботинки и перевязать рану. Затем, все еще ощущая сильную слабость и тошноту, он лег в постель, надеясь, что сон окажет целебное действие. Когда Риварес выходил из палатки, Рене вдруг открыл глаза и воскликнул:
– Но мы забыли про малышей!
– Про детенышей?
– Да. У меня все перепуталось в голове… Нам придется сходить за ними.
– Не надо. Я их убил.
Рене сел в постели и переспросил:
– Убили?
– Да, когда вы еще были без сознания.
– Но зачем?
Риварес отвел глаза и, помолчав, ответил: