– Какое странное лицо! – воскликнула Анжелика. – Нет, Бланш, я с тобой не согласна. Он довольно красив, я бы даже сказала – замечательно красив, только… Посмотрите, Этьен.
Маркиз не спускал глаз с Рене.
– Можно? – спросил он мягко.
– Конечно, сударь.
Маркиз глядел на портрет и молчал. Так вот он – человек, лишивший его последней надежды. Он мечтал, что когда-нибудь, когда Маргарита уже вылечится и будет счастлива, а все былые невзгоды позабудутся, он станет для Рене другом – быть может, самым близким его другом. Теперь это невозможно.
– Благодарю, – сказал он наконец и положил портрет на стол.
– Вам это лицо ничего не напоминает, Этьен? – спросила Анжелика.
– Напоминает. Но не чертами, а выражением. Картину в Лувре – «Святой Иоанн» Леонардо да Винчи. Я рад, Рене, что он твой друг, а не враг.
– Я тоже, отец.
Анжелика огорчилась: слова маркиза показались ей чуть ли не богохульством.