Разных других пушных зверей, промышляемых на Колыме (белка, заяц, горностай, лисица и пр.), Врангель называет по-местному: «мелкая пакость» (146). Термин этот больше нигде, кроме Камчатки, не встречается и является, видимо, чисто локальным. Его приводит, кроме Врангеля, только В. Г. Богораз в своем колымском словаре,[227] указывая, что применяется он преимущественно к лисицам и песцам. Из различных орудий добычи этих зверей автор упоминает о ловушках, силках, кляпцах, пастниках, пастях (146, 225, 276). По поводу этих терминов надо заметить следующее:
Ловушки, или самоловы — собирательное, общераспространенное название самых разнообразных орудий добычи различных зверей и птиц. Сюда относятся, в основном, четыре группы орудий добычи: 1) давящие своей тяжестью (пасть, слопец, кулема, плашка), 2) ущемляющие (капканы, черканы), 3) ранящие и убивающие (очеки, самострелы), 4) ловящие (сети, тенета, силки или петли, перевесы). Объединяющим признаком всех этих ловушек, является принадлежность их к так называемым пассивным орудиям добычи, рассчитанным не на активные действия промышленника, а на самопопадание зверя в самолов.
Силки или петли, в частности удушающие или задерживающие промысловый объект, являются одним из самых распространенных орудий добычи зверей и птиц. В тех или иных вариантах они применяются на всех, в сущности, животных, начиная от самых мелких птиц (рябчика) и зверьков (бурундук) и кончая самыми крупными (глухарем, лосем). Вся разница состоит в размерах, материалах, способах установки.
Кляпцы, рассчитанные на умерщвление или ранение объекта, тоже весьма разнообразны. Применяются они на мелких и средних зверей (от горностая до зайца, лисицы, даже волка).
Термин пастники применен в данном перечне (225) ошибочно, хотя в другом случае (146) ему дано правильное объяснение: пастники — это участки промысловых угодий в тундре, на которых поставлены пасти.
Из других орудий «Путешествие» упоминает еще о копье (см.) и пальме (213, 313), не совсем правильно описанной Врангелем. Пальма — длинный нож с односторонним широким лезвием, прикрепленный к очень длинной палке; пользовались им как режущим и колющим оружием. Большой интерес представляет впервые описанный Врангелем и весьма оригинальный способ охоты на волка, практиковавшийся оседлыми чукчами. Приманкою служила своеобразная пружина, попадавшая в желудок зверя (312). Врангель уделил внимание и некоторым нецелесообразным приемам охоты, бытовавшим на Колыме. Он отметил громадную гибель попадавших в ловушки зверей в результате нерегулярного высмотра (см.) Сюда же относится и практиковавшееся охотниками извлечение из нор маленьких щенков песцов и лисиц (норников), бывшее чисто хищническим способом промысла (146, 269).
«Путешествие» приводит и весьма ценные, первые в этнографической литературе, описания морской охоты (зверобойного промысла) чукчей и эскимосов. Врангель показал громадную роль морских зверей в жизни берегового оседлого населения, аналогичную значению оленя для кочевников тундры, и описал важнейшие способы промысла моржей и тюленей (312–313). Следует лишь заметить, что и зимняя охота с сетью и весенняя с маскировкой происходили не у проруби, как обмолвился в одном месте автор (312), а у продушины (продуха), устраиваемой самим тюленем для дыхания. Об этом он упоминает сам в нескольких других местах работы (195, 201, 249). Дал Врангель и единственные в литературе описания охоты медведя на тюленя и своеобразного симбиоза песца с медведем (201). Промысел на белого медведя, относящийся по всей своей обстановке к морской охоте, справедливо охарактеризован как самый тяжелый и опасный вид охоты (295, 313). К этому можно лишь добавить, что, как установлено последующими исследованиями, занимались им далеко не все чукчи и эскимосы, а лишь особенно опытные и физически выносливые охотники.
Пакасть мелкая — см. «охота».
Пальма — см. «охота».
Парка — см. «одежда».