Похоронной удалью труб.
Мертвой жгучей петлей по сердцам
Ты хлестнул, как ярым бичом.
Этот тайный, жестокий шрам
Всюду мы с собой понесем.
Не сносить тому головы,
Кто, как ты, беспризорным рос.
Пусть мой стих, как пучок травы,
Над могилой твоей вместо слез.