Еще одно дурное дело
Запрячет в память Петербург.
Там пуля в Пушкина летела,
Там Блоку насмерть сжало грудь.
В игре и бешенстве неистов,
Окостенелый Николай
Пытал допросом декабристов, —
Все крыла Петербурга мгла.
Опять его глухое слово!
К себе на гибель приманил